Будянский - главная ›› Чужие посты ›› Доктор в хаосе

Доктор в хаосе



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 

— И предохраняться, — добавляет Сан Саныч.

— Так сколько времени уже прошло! Я с женой и так успел. С женой-то не будешь предохраняться.

— Ой, мама не горюй! — Сан Саныч глубоко затягивается. — А я вот не могу вспомнить, порезан у меня был палец, когда я ей операцию делал, иль уже зажил? Я за вениками недавно ездил, ножом поранился. И рвал ли я во время операции перчатки? Анестезиолог — тот вообще без перчаток работал.

— Ладно, чему быть, того не миновать. Пойдем смотреть, кого ты там привез.

— Нда-а-а… и такое бывает, — говорит им вслед Сергей и склоняется над столом, перебирая какие-то бумаги.

Делюсь впечатлениями о поездке.

— Считай, ничего особенного. Хочешь настоящего экстрима — покатайся в ночную смену.

В руках у Сергея мелькнул бланк с заглавием: «Разрешение на охоту».

— Зарплаты на охоту хватает? — спрашиваю.

— С трудом. А что тут таить, я тебе сейчас все как есть покажу.

Достает из ящика небольшой прямоугольный листок.

— Вот что мне заплатили за июнь…

Должность: врач хирург. Ставка: 3876,8 руб/мес. Отработал: 20 дн./159 час. Далее таблица.

— «Ночные дежурства» — в июне я почти не дежурил. Так, оклад: раз. «Надбавка за выслугу лет» — 735 рублей 44 копейки — два. «Доплата за вредные условия труда» — 553 рубля 63 копейки — три. Плюс премия ко Дню медика, экстренные часы… Вышло более-менее нормально: 11 тысяч с гаком. — Обводит итоговую цифру в кружок. — А в среднем в месяц я получаю 10 тысяч. Это потолок.

— И все?!

— А ты сколько думал? Да, приходится вертеться. Вот наш заведующий по молодости гаражи строил. Кстати, вот и он… с приема возвращается.

В ординаторскую заходит Маньков, следом за ним Евгений.

— Покатался? Впечатлений набрался? — обращается ко мне Владимир Станиславович. — Ну тогда пойдем перекусим. Четверть седьмого, а я только чая утром успел долбануть.

 

Жестокая повседневность

Электрический чайник, вскипев, щелкнул. Из холодильника на стол перекочевали сало, вареная картошка, домашняя колбаса; огурцы и помидоры — с грядки.

— Вот перед тобой сидит Евгений Васильевич, который недавно прошел стажировку, освоил новую для нашей больницы методику, — нарезая огурец, начинает разговор Маньков. — Теперь мы можем делать операции на сосудах. Ну, тромб образовался, и нужно его ликвидировать, а не отрезать человеку ногу, например.

— Тромбэктомия — это операция, которую по идее должен уметь делать каждый хирург, — подхватывает Евгений. — Но для нее нужны специальные зонды. Они мало у кого есть, особенно в районных больницах. Мы себе их заказали в начале года — они пришли в конце.

— Сейчас же ввели эту дурацкую систему аукционов, — разъясняет Маньков. — Она действует так: мы пишем заявку — нужно то и то. Ее просматривает главврач, ставит подпись, затем она уходит на аукцион. И разыгрывается тендер. Процесс этот медленный, главный критерий — цена, о качестве речь не идет. Порой приходит явный брак: бинты расползаются, перчатки рвутся, иглы ломаются, гипсы отвратительные… Допустим, мы заказываем титановые инструменты — нам, конечно, их не купят. Скажут: берите железные, и все тут. Хотя нам как-то повезло, мы получили титановые пластины. Но для этого нужно было тысячу инстанций пройти. Лично нам. Ходить и выпрашивать, как будто сам себе в карман эти железки положишь.

Хирурги кивают, никто не перебивает

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10